Пересматривая "Евротур" спустя больше двадцати лет после выхода, я вдруг поймала себя на странном ощущении. Не ностальгия даже, а какое-то лёгкое недоумение. Потому что, если честно, сейчас такой фильм, ну вот в таком виде, просто не появился бы. И дело не в том, что разучились снимать комедии или зритель стал каким-то сверхутончённым. Тащемта зритель всё тот же — смеётся, если смешно, и выключает, если скучно. Изменилось другое. Запретов стало как-то подозрительно много.
Я хорошо помню, как этот фильм спокойно крутили в прайм-тайм по телевизору. Никто не падал в обморок, не требовал срочно что-то запретить, не писал петиции. Это была просто хулиганская, местами глупая, где-то перегибающая палку комедия про молодых идиотов, которые едут по Европе и творят дичь. И в этом, как бы, была жизнь. Неловкая, странная, неотредактированная. А сейчас? Сейчас подобное кино автоматически получило бы ярлык "токсично", "оскорбительно", "неприемлемо", "опасно для чувств". И всё — привет, цифровая полка с ограниченным доступом.
И вот что меня цепляет. Не сам фильм, а то, что постепенно кто-то — не очень понятно кто именно, но вполне конкретные структуры — начинает решать за взрослых людей, над чем им можно смеяться, а над чем нельзя. Как будто мы, например, сами не способны понять иронию или отличить глупую шутку от настоящей злобы. Нам всё чаще предлагают уже отфильтрованный, безопасный продукт. Такой, чтобы никто не дай бог не почувствовал дискомфорт. Короче, чтобы было стерильно.
Но юмор же вообще не про стерильность. Он про риск. Про неловкость. Про возможность сказать что-то неидеальное и не быть за это моментально отменённым. В "Евротуре" полно стереотипов, глупых сцен, перегибов — да. Но в этом и был драйв. Это ощущение, что мир не состоит из табличек "осторожно, здесь можно обидеться". Сейчас же ощущение, что табличек стало больше, чем самого пространства.
И самое странное — это подаётся как забота. Как будто кто-то лучше нас знает, что нам смотреть, что нам чувствовать и где смеяться нельзя. Но если взрослому человеку постоянно объяснять, что ему допустимо, а что нет, то, ну, рано или поздно он просто перестаёт выбирать сам. А вместе с этим куда-то уходит и ответственность. И свобода — да, то самое слово, которое сейчас стараются произносить осторожно.
Меня пугает не то, что "Евротур" устарел. Он, конечно, продукт своего времени. Меня пугает тенденция. Когда из культуры исчезает право на глупость, на перегиб, на риск — исчезает и ощущение живого пространства. Остаётся аккуратная, согласованная версия реальности. Удобная, безопасная, проверенная.
И вот тут, если честно, вопрос уже не про кино. А про то, насколько мы вообще готовы сами решать, что нам смотреть и над чем смеяться. Или нам, как бы, проще, чтобы за нас это кто-то уже решил.